Сони ступает по мёрзлым ступеням к воротам, за которыми чернеет замок. Туман рассеивается, и под ногами проступают надгробия — оказывается, она шла по кладбищу. Ночь. Хозяин замка выходит из тени в багровом плаще, а за его спиной возникает фигура в чёрной мантии. Руки прислужника взмывают, и голубая молния срывается прямо в неё. Боли нет. Всё исчезает. Она просыпается в каюте корабля, за иллюминатором — рассвет над Нью-Йорком, и гудок оповещает о причале.

Она привезла с собой рукописи приёмного отца, единственного, кто когда-либо заботился о ней. Mr. R. исчез без следа, оставив лишь письма с упоминанием некой «Книги Рая». Сони надеется выторговать бумаги за сумму, которая позволит не голодать, и выведать хоть что-то о судьбе старика. Но встреча в Чайна-тауне срывается: покупатель не появляется. Зато к её столику подсаживается Кен — крашеный блондин с татуировкой змеи на виске, байкер, что работает за стойкой бара и чинит мотоциклы. Он рассказывает о резне в заведении, о проходившем мимо незнакомце в шляпе, от которого тело цепенело. Сони слушает и узнаёт тёмное чувство, что преследует и её саму.

Сони улетает с Кеном в Хоккайдо, к снегам и низким домам, где он оставил своё прошлое. Она учит японский, привыкает к его какао по утрам, к запаху вишнёвых сигарет, к тому, что кто-то рядом есть. Но тьма, что дышит ей в спину, не отступает. Она чувствует её сгустки над ухом, когда стоит на пороге бара. И знает: счастье — лишь передышка, за которой подкрадывается то, что ждёт своего часа.