Новгород, 1570 год. Марфа приходит в себя на тёплом деревянном полу чужого дома, а рядом плачет светловолосая малышка и тащит её за рукав шестилетний мальчик. В ушах — шум, в ладони — чужая кровь, за окном — крики и лошадиные копыта. Мужчины в чёрном ломятся в дом, требуя боярина, а дети зовут её матушкой. Она не помнит этих детей, этого дома, этой жизни, но инстинкт подсказывает: бежать. Мальчик тащит её через потайной ход, но внизу их уже ждут люди в чёрных кафтанах и заострённых шапках. Один из них, рыжий и злой, приставляет к её горлу кинжал.

Марфа — женщина из другого времени, попавшая в тело боярыни чудом или проклятьем. В прошлой жизни она сидела у постели умирающего сына, а теперь чужие дети считают её матерью, а чужой муж, боярин-изменник, лежит мёртвым где-то вверху. Она не знает законов этого мира, не понимает, как обращаться к людям, не помнит, куда делось тело мужа. Её единственное оружие — упрямое молчание и отказ показать страх. Она не героиня, она мать, которая привыкла бороться за чужую жизнь, и эта привычка не отпускает.

Кирилл Черкасов, опричник со шрамом на скуле, спасает её от казни, но цена оказывается не в золоте. Он приносит еду в темницу, накидывает шубу во дворе, устраивает заботу о брошенных детях — и всё это ради взгляда, которого она не даст. Марфа отказывается, хотя двери тюрьмы захлопываются, а сроки сжимаются. Она выходит на свободу благодаря его протекции, но свобода эта обходится дорого: он ждёт у ворот, он знает про мёртвого мужа, он не отпустит. Дети остались в пустом доме, родных нет, а за спиной — мужчина, который помнит каждое её слово в темнице и считает долг непогашенным.