Борис Грецкий принял решение переодеться из нарядного костюма, в который его запихал слуга, обратно в потёртый плащ и кожаную бронь с кольчужными заплатами. Он стоял на лесной дороге у подножия Полуденного Рога, пока Захар укатывал карету вниз, недовольно ворча на «бесстыжих гномов», а Копаня Тяженич вызывал из воздуха чёрную мраморную карету с кошачьей головой на носу. Денис и Лукьян, хихикая, толкали друг друга локтями — они прихватили с собой запасное облачение, предусмотрительно спрятав его от взволнованного орка ещё в избе. Гном хлопнул себя по коленям, когда Борис, наконец, пристроил за спиной Убийцу Троллей и сунул в карман иолит.

Борис — орф, сын орка и эльфийки, в котором запечатаны две чужие души. Он прибыл в этот мир пару месяцев назад, но уже поднял собственный рунный круг, чего не удавалось гномам без их чудо-камня. Он — Видящий, различающий волшбу там, где другие видят лишь пустоту, и этот дар делает его ценным — но и уязвимым, потому что видит слишком много, включая то, что гномы предпочли бы скрыть. Он неудобен: не знает гномьих законов, не чувствует границ, лезет туда, куда не ступала нога верхушника, и при этом не может промолчать, когда его тискают за живое. Слуга его любит, друзья его терпят, а гномы — используют, навешивая долги и отбирая то, что ему принадлежит.

Подгор Гномьяныч объявил ему Правосудие — древний суд, где иолиты сами свидетельствуют о праве говорить. Борис потребовал назад свой камень, и камень отозвался, но царь перехватил инициативу, втянув его в игру по чужим правилам. Велена, Первородная, чья душа живёт в нём, отдала часть себя за «лечебный камень», который сам по себе не лечит — а лишь ускоряет то, что уже найдено. Борис спустился в Чертоги Правосудия вдруг и беззащитно, с двумя радетелями, которые сами не знают, выживет ли он. Ему предстоит доказать, что он — гном, хотя он и не гном, или умереть, пытаясь.