Графа Алехандро фон Вильяду вытащили из купальни, где он только что собирался отметить очередную победу над северными баронами. В руках помощника дрожал конверт с личной печатью короля, а срочный призыв ночью, в обход всех протоколов, обычно вёл либо на плаху, либо в бездну. В тронном зале граф докладывал о конфискованных миллионах, чувствуя, как три принца-наследника бледнеют от страха. А король щедро осыпал своего цепного пса золотом и привилегиями, намекая на титул маркиза. Но теперь, в тесной комнате за глухой дверью, старик сидел в простом халате без короны, и вокруг него стояли те, кого Вильяда считал пешками. Секретарь-гиена оказался главой разведки. Два паркетных генерала — ликвидаторами, устраивающими случайные пожары и болезни неугодных. А младший принц, книжный червь, вышел из тени в строгом мундире гвардии, и в его взгляде не осталось ни капли юношеской наивности.

Король открыл карты одна за другой. Старика разъедали изнутри болезни, которые сдерживала алхимия, приготовленная сыном, и ему оставалось жить максимум год. Три старших принца готовились разорвать страну, а один из них уже вёл переговоры с тёмными эльфами, обещая пустить их в Лангр в обмен на трон. Вильяда должен был стать цепным псом младшего, выстилать ему дорогу трупами аристократов, заключать сделки с дьяволом. Граф смотрел в холодные глаза принца и понимал, что иллюзии рухнули. Игра в песочнице закончилась, и настоящие фигуры двигались в тени, пока он верил в свою паранойю.

Алехандро медленно поднялся, и его рука сама легла на рукоять меча. Он согласился вычищать поле, выстилать трупами, становиться тем, кем король назначил. Но в голове уже вращались цифры донесений, имена информаторов, карты тайных ходов дворца. Цепным псом можно быть по-разному. Можно рвать по команде, а можно выбирать, чью глотку перегрызать первой. Вильяда кивнул, но в его поклоне не было подчинения — только хищное терпение зверя, которого пнули, забыв проверить клыки.