Виктор Анохин проснулся от звонка будильника не в палате московской клиники, а в комнате общежития, где прожил три студенческих года сорок лет назад. В зеркале на него смотрел двадцатидвухлетний юноша с натуральными зубами вместо протезов и олимпийкой на плечах. Паспорт гласил: 1982 год, Краснознаменск, исторический факультет. Писатель попаданцев, зарабатывавший на жизнь романами о возврате в прошлое, сам превратился в героя собственных сюжетов. Только вместо вымышленных приключений его ждал доцент Козловский с его «квадратно-гнездовым методом» посещения занятий, пустые кошельки и советская действительность с её агитационными плакатами вместо рекламы.

Он человек, привыкший жить в одиночестве и контролировать дистанцию. Дважды разведённый, он держал подругу Аллу на длинном поводке, избегая нового брака до гипертонического криза, который, вероятно, и вытолкнул его в это прошлое. Теперь он вынужден делить комнату с однокурсниками, посещать комсомольские собрания и врать окружающим о происхождении своих знаний. Его профессиональная деформация — видеть в реальности сюжет, который можно скорректировать — оборачивается ловушкой. Он помнит, кто умрёт, но не знает, стоит ли вмешиваться, и если да — то как объяснить это вмешательство.

Виктор рискует оказаться человеком, который знал о преступлении, но не смог его предотвратить. Или, что страшнее — человеком, который вмешался и изменил цепь событий, не понимая, к чему приведут эти изменения. Его молодое тело не знает инсультов и протезов, а память хранит те сорок лет опыта, которые он привёз с собой. Впереди — выбор, который нельзя отложить: прожить всё заново как раньше, или попытаться исправить чужие ошибки, рискуя собственным будущим, которого может не быть.