Меня смыло за борт в шторм. Человек, который мог продать что угодно кому угодно, утонул один посреди моря.

А очнулся на соломе, в теле Фильки, хилого семнадцатилетнего крепостного при мыловарне.

Нижний Новгород, осень 1816 года. Месяц назад сгорела Макарьевская ярмарка, а с ней весь товар моего Мастера.

У меня ни гроша, ни воли, ни права на собственный ум. Крепостному он не по чину, а для всего посада Филька дурачок. Зато у меня двадцать лет опыта в продажах и одно правило, которое я не нарушал ни разу. О товаре не лгу.