Кассандре Вэйлинг предъявили требование, от которого невозможно отвертеться. На церемонии вручения нейропанелей, когда золотой браслет уже лежал на её запястье, а отец-градоначальник гордился дочерью перед гостями из столицы, раздался сигнал тревоги. Городские датчики зафиксировали разрушителя у Аллеи цветущих вишен — того самого места, где минуту назад Кассандра мечтала о блестящем будущем. И теперь от неё, лучшей ученицы выпуска, ждали демонстрации навыков. Публичной, немедленной, при всех.

Она шла к этому всю жизнь, выстраивая из себя идеальную копию матери — Верховного миротворца Империи, погибшей, когда Кассандра была ещё ребёнком. Белые волосы, серые глаза, безупречное поведение, золотой браслет. Но за маской королевы колледжа скрывалось другое: способность чувствовать чужие слабости, собирать секреты, манипулировать — и ненавидеть ту, которая по-настоящему достойна награды. Джема Ржаник, дочь портнихи, с простым лицом и настоящей силой, смотрела на Кассандру с такой ненавистью, что между ними вспыхивала искра. И именно Джема выдвинула эту идею — бросить вызов фальшивой королеве.

Кассандра коснулась острого края булавки на корсаже, прогоняя навязанное спокойствие чужой нейроволны. В зале все ждали. Отец ждал. Катерина Вольц, старая подруга семьи, приехавшая из северной столицы, смотрела на неё вороньим взглядом — словно что-то подозревала. Браслет на запястье ещё не успел прижиться, а от неё уже требовали доказать, что он принадлежит ей по праву. Она могла отказаться — и навсегда потерять лицо перед отцом, перед городом, перед тенью матери на портрете. Или пойти — и рискнуть, что кто-то увидит то, что она тщательно прятала за жемчужной пудрой и улыбкой королевы.