Настя решила, что идеального мужчину можно просто заказать, как пиццу. Она стояла в кругу манифестации на тренинге «Хочу замуж!» и перечисляла вслух: кабриолет с белым салоном, крахмальное белье, фисташковое мороженое, татуировки на руках, шрам где угодно, хоть от аппендицита. Другие участницы просили скромнее — доброго, рядом, не сбегающего. Настя не заметила, как кругом начали хлопать, а потом кидать на неё торжествующие взгляды. Она только вошла во вкус.

Насте тридцать пять, за спиной один штамп в паспорте и один ребёнок, которого оставила с бабушкой. Она приехала в трёхнедельный круиз по Волге за компанию с подругой Ленкой, сама не веря, что замуж хочет. Её удобно держать в кругу желающих замуж — она умеет смеяться над котлетами с макаронами и притворяться, что часики не тикают. Но в курилке на корме теплохода она вдруг замерла: мужчина из люкса смотрел на неё не как мужчина, а как охранник в аэропорту, вычисляя детали. Она сбежала фотографировать иву, а он прошёл мимо, оставив смущение, прикипевшее к палубе.

На дискотеке под «Тополиный пух» девчонки с тренинга замирали столбом, когда он появлялся. Настя стояла у перил и думала, что люкс по соседству с танцполом — жестоко. Ленка уже присмотрела его себе, а Настя смотрела, как дверь закрывается за широкой спиной, и понимала, что заказ она уже сделала, а отменить — никто не обещал.