Марина ушла от Тима, заблокировала его номер и села в поезд, чтобы уехать подальше от предательства. В купе её ждал мужчина с усами и карими глазами, который смотрел так, будто видел насквозь. Она добавила в кофе коньяк из его фляги, потому что ей было плевать, а потом оказалась в его руках — сначала от неуклюжести, потом от чего-то другого. Утром она сошла на своей станции, не сказав имени, а он остался спать в пустом купе.

Глеб ехал к матери после очередного суда с женой, которая требовала денег и называла его эмоциональным кастратом. Он привык контролировать всё — бизнес, развод, себя. Но миниатюрная соседка по купе с зелёными глазами и дрожащими руками разбудила то, что он давно держал под замком. Он не делал первый шаг, ждал её решения, а когда она поцеловала его — сорвалось всё.

Марина вернулась в родное захолустье, к тёте и знакомым улицам, где воздух пах травой вместо выхлопных газов. Генка Овчанкин, бывший одноклассник, подвёз её на старой машине и намекнул, что свободен. Она смеялась с ним за столом, ела окрошку, ложилась в детскую кровать. Но в темноте вспоминала не Тима, от которого ушла, а чужие руки в поезде, уходящем теперь куда-то без неё.