В аудиторию входят двое мужчин, и запах мятного шампуня Саши в носу Маши мгновенно сменяется другим — дорогим, тяжёлым, с нотами табака и чего-то, что она три года пыталась вычеркнуть. Один складывает руки на груди, очки блестят, скрывая глаза. Другой, светловолосый, проходит мимо неё боком, и она видит профиль, который узнала бы в темноте. Маша сидит за партой, прижавшись щекой к груди парня, и в этот момент понимает, что мир, который она так старательно выстроила из рыбных супов по вечерам, общих комнат и подаренного скутера, рушится быстрее, чем она успевает выдохнуть. Она поднимает руку, просит выйти, идёт к выходу мимо них, чувствуя на спине два взгляда — один холодный, как шёлк по стеклу, другой серый, пристальный. В коридоре стены и запах хлорки — она не помнит, как прошла эти метры.

Маша — старшая из троих детей, та, кто вытащил маму из больницы, кто продала девственность в элитном клубе, чтобы спасти семью от нищеты, кто запомнила имена убийц отца лучше, чем свой собственный день рождения. Она привыкла быть опорой, привыкла просыпаться раньше всех и засыпать последней, привыкла к тому, что любовь — это когда Рус приносит кофе без напоминаний и целует в лоб перед парами. Она не привыкла к тому, что прошлое может сидеть за кафедрой и вести перекличку. Она не привыкла к тому, что тело помнит чужие руки лучше, чем разум — и что поцелуй Руса внезапно превращается в чужое дыхание на шее, чужие губы, чужой взгляд сквозь стёкла очков.

Светловолосый — Ян — ловит её под дождём у заглохшего мопеда, и она отказывается от помощи так же резко, как три года назад от денег, которые ей всё равно запихнули в сумку. Тот, в очках, — Дарий — задерживает её после пары, прижимает к стене мятным дыханием, и она врёт хорошо — настолько хорошо, что он сам отмечает это как полезный навык. Маша возвращается домой, вываливает на кровать документы из сейфа, смотрит маме в глаза и говорит, что эти двое здесь. Мама просит забыть, просит не лезть на рожон, просит подумать о Маринке и младшем брате. Маша кивает, выходит в беседку, закуривает и набирает номер подруги из столицы, которая когда-то помогла ей попасть в тот клуб. Она просит узнать, искали ли те мужчины её после той ночи. Потом ложится спать в обнимку с сестрой, как в первые месяцы, когда делили старый диван. Утром просыпается с температурой, а вечером — в чужой кровати с темным изголовьем, не помня, как попала.