Дана Молчанова лежит в больнице с диагнозом, который ставит крест на привычной жизни. Отравление хлороформом после похищения оказалось серьёзнее, чем казалось: врачи настаивают на месяце капельниц, строгой диете и полном отказе от физических нагрузок. Для девушки, которая обожает волейбол, держит в строгой дисциплине свой класс математиков и привыкла быть в центре движения, это ощущается не просто лечением, а изоляцией в собственном теле. А когда в палату вселяется пожилая соседка, которая с порога требует услуги, не представляется и портит зубную щётку Даны, больничный режим превращается в полноценную войну на истощение.

Дана — не та, кто терпит. Она умеет ждать, высчитывать и наносить удар там, где противник не ждёт. Её холодная вежливость перед лицом хамства — не слабость, а привычка воина, который предпочитает действовать на опережение. Она записывает разговоры, запоминает галстуки, замечает сдвинутую зубочистку. Но за этой бдительностью скрывается и уязвимость, которую она тщательно маскирует. Диета, голод, жжение в уязвимых точках организма — всё это тело, которое прежде служило ей безотказно, вдруг начинает предавать. И самое страшное — она не может просто выйти на улицу и встряхнуться, вернуться к привычному ритму, где она королева, а не больная девочка в шортиках.

Старуха оказалась матерью влиятельного чиновника ордена, и теперь за спиной соседки стоит весь её клан. Дана рискует не только здоровьем, но и положением семьи в имперской иерархии, которое строилось годами. Она подаёт иск к семье Алхоян, выходит на личную встречу с великим магистром, играет на его родительских чувствах — и всё это лёжа на больничной кровати, между капельницами и голодными обмороками. Отступить нельзя: сдавшись сейчас, она навсегда останется для окружающих той, кого можно толкнуть, оклеветать и заставить молчать. А Дана молчать не умеет.