Отец Лики потребовал, чтобы она уважала его гостя. Радомира стояла в его гостиной, в халате, который пах дорогим табаком, и чувствовала, как щека горит после удара. Лика выбежала, захлопнув дверь, а Рафаэль подхватил Радомиру на руки, не давая бродить по холодному полу босиком. Так начался день, который должен был стать победой мести, а обернулся чем-то другим.

Полгода назад Радомира придумала этот план в состоянии белой ярости: соблазнить отца подруги, которая отняла у неё жениха ради пустого спора. Она выучила чужие манеры, перекрасила волосы, пришла в ресторан с бокалом вина и ждала, пока он сам подойдёт. Рафаэль подошёл. Он не узнал её, сказала она себе. Он не узнал, хотя она была подругой его дочери, хотя встречал её прежде. Эта мысль давала ей воздух и одновременно морозила изнутри. Потом оказалось, что он узнал сразу. Просто наблюдал, позволяя ей думать, что она охотница.

Радомира обещала дождаться его возвращения из поездки, хотя собиралась сбежать. Она обещала, потому что его пальцы ещё лежали на ней, потому что голос гипнотизировал, потому что прежняя она осталась в гостиной с недопитым вином, а новая не знала, куда идти. Старый дом, где всё началось, он подарил дочери. Вместе с Радомирой они купили другой — с игрушками на полу, с безделушками из путешествий, с пристанью, куда выходят в девять вечера с чаем и молча смотрят, как солнце садится за реку. Лика выросла и простила. Каждое утро Радомира просыпается с ним, и каждую ночь он говорит ей, что никогда не отпустит.