Илория лишилась всего за один вечер. Муж, дракон Драксен, вернулся с границы не один — привёл двух близняшек и объявил их наложницами. Пять лет верности, заботы, безупречного ведения дома обесценились одним словом: пустоцвет. Она не успела рассказать о беременности, и теперь молчит — не даст ему и этим женщинам удовольствия видеть её боль. Но дом родителей, куда она бежит, оказался сдан внаём пьяной молодёжи. Сад зарос сорняками, детская комната сожжена, а стены испещрены непристойностями. Тот, кто обещал сохранить память о её семье, превратил её в притон.

Илория привыкла быть идеальной. Идеальной женой, хозяйкой, дочерью погибших родителей. Эта привычка к порядку и подчинению сделала её удобной — Драксен не ожидал сопротивления, рассчитывал, что она примет унижение с достоинством. Даже сбегая, она пишет письмо, складывает вещи аккуратно, старается не взять лишнего. Но в разрушенном доме, среди чужого мусора, она вдруг понимает: идеальность — это клетка, которую она сама себе выстроила. И ключ от неё — в её руках, если хватит сил повернуть.

Драксен нашёл её слишком быстро. Его шаги на крыльце — не спешащие, не скрывающиеся — говорят о том, что он знал, куда ехать, и не сомневался в своём праве. Илория стоит с котёнком в руках — спасённым из колодца, вымазанным грязью, — и понимает, что теперь защищать нужно не только себя. Дракон не отпускает то, что считает своим. А она больше не уверена, что хочет быть его.