София потеряла единственный шанс выбраться из провинциальной жизни — стажировка в престижной компании оказалась ловушкой, а не трамплином. Она пришла за подписью куратора, а обнаружила за тем же столом мужчину, с которым буквально позавчера сбежала из отеля, оставив на подушке дерзкую записку и неправильный номер телефона. Никита Сорин, миллиардер и владелец империи «Линии», не выгнал её, не вызвал охрану и даже не удивился — он назначил её своим личным ассистентом, посадил за соседний стол и теперь смотрит сквозь неё, словно та ночь в клубе и номер отеля никогда не существовали.

Соня привыкла выживать импровизацией. Она цепляется за возможности зубами, притворяется наивной, когда выгодно, и умеет обвести вокруг пальца практически любого мужчину — в её мире диплом решает меньше, чем изгиб бедра. Но рядом с Никитой её хитрости рассыпаются, как карточный домик. Он не пытается её разоблачить, не требует объяснений, не проявляет ревности и не делает намёков — он просто ставит перед ней задачи, от которых глаза разбегаются, и наблюдает, как она тонет в его расписании из шестнадцатичасовых рабочих дней. Её главное оружие, способность манипулировать вниманием, здесь бесполезна: он уже видел её без маски, уже знает запах её кожи, и всё равно предпочитает контролировать расстояние, а не сокращать его.

София рискует не просто репутацией или дипломом. Она рискует перестать понимать, где кончается игра и начинается настоящее желание. Каждое его равнодушное «до завтра» бьёт сильнее, чем любой упрек, каждый холодный взгляд в лифте заставляет вспоминать, какими были его руки ночью. Она не может уйти — эта работа — единственный способ закрыть долги перед университетом и не вернуться в пгт, откуда сбежала. Она не может остаться равнодушной — тело помнит то, о чём молчит разум. И она не может победить по своим правилам, потому что он написал новые, и по ним она уже проигрывает, даже не понимая, в какую игру втянута.