Наташа потеряла мужа ещё до развода — потеряла его в тот вечер, когда увидела, как Никита выходит из чужого здания с мятой рубашкой и взъерошенными волосами. Четыре года она строила брак по кирпичику: овуляция, анализы, свежее бельё, верность, ложная надежда. Он разобрал всё за одну ночь. Или за много ночей, которые она не хотела замечать. Теперь она знает, что правда выползает наружу, если только не спугнуть. Но спугнуть уже поздно.

Наташа — иммерсивный дизайнер, привыкшая создавать иллюзии, но не поддаваться им. Она умеет лгать с выражением лица, умеет ждать, умеет собирать факты, пока другие спят. Это её сила и её слепое пятно: она верит, что любую загадку можно разложить по полочкам, если приложить достаточно усилий. С мужем она жила в мире света и звука, красивых инсталляций, ромашкового чая. А Никита каждый день работал в другом мире — с криохранилищами, подпольными лабораториями, торговлей генетическими данными на чёрном рынке. Он делал из неё девочку-несмышлёнушу. И она позволяла.

Наташа рискует остаться не просто одной, а невидящей: не заметить, что сама стала объектом чужого плана, что её яйцеклетки кому-то нужны больше, чем ей самой. Она идёт к человеку, который был аспирантом у биохакера, ставшего убийцей, выдавая себя за коллекционера винила, и каждый её шаг оставляет след. Отступить нельзя — она уже видела глаза незнакомца в отражении окна, уже слышала, как Никита бормочет чужое имя во сне. Осталось только понять, чья это игра и кто в ней фигура.