— Тома, не глупи! Какая гангрена? Ей тридцать два, мне шестьдесят, это просто... увлечение! Мужской кризис, понимаешь? — Игорь испуганно заглядывал мне в глаза, пытаясь поймать за руку. — Кому ты нужна на пороге юбилея? Ну куда ты пойдешь? Остынь, вернись домой, всё обсудим!
Я молча забрала свои пальцы из его ладони. Смотреть на мужчину, с которым я прожила тридцать восемь лет, было почти не больно. Хирургическая привычка — отключать эмоции в момент кризиса.
— Игорь, у тебя гангрена совести. И она не лечится, — тихо ответила я. — Развод, Васечкин. Ты ампутирован из моей жизни. Без права на протезирование.

Мы построили нашу жизнь с самого фундамента. Я дежурила по ночам в клинике, пока он возился в холодном гараже. Теперь я — уважаемый сосудистый хирург, а он — владелец элитного автосервиса. Идеальный брак? Я тоже так думала. Пока случайно не увидела своего «верного» мужа в ресторане, где он нежно кормил с ложечки молодую любовницу.

Игорь уверен, что в нашем возрасте женщины не уходят в никуда. Поплачет, мол, и простит. Но он забыл, что я умею резать по-живому.

Впереди у нас раздел имущества, позиционная война на одной даче, глупая ревность бывшего мужа и... неожиданная встреча с моей первой любовью. Мужчиной, который готов доказать, что в шестьдесят лет жизнь и настоящая любовь только начинаются.