Павел просыпается с кровью из носа и туманом в голове после очередного внушения, сделанного перед сотней московских подростков. Два года назад он был обычным толстым мальчишкой с разбитым домом, а теперь пытается переписывать будущее страны через лагерь на Черноморском побережье, где из московских школьников лепит армию «Прогрессоров». Семьдесят восемь человек записались вчера, семьдесят восемь чужих судеб свалилось ему на плечи, и каждый требует личного внимания — от заучки Ии с астмой до хулигана Чумы, который прилип к Любке, словно жвачка к волосам.

Он не герой по натуре. Павел — человек из будущего, застрявший в теле подростка, и эта двойственность его истощает. Память взрослого приносит знания, которыми он не умеет пользоваться без вреда для здоровья: внушение толпе вышибает из него кровь, а видения в белой комнате показывают дочь, которой еще нет и которая погибнет в 2040-м, если он остановится. Он врет друзьям, скрывая масштаб последствий, и врет сам себе, называя это «прогрессом». Единственный, кто знает правду, — Илья, но даже его Павел держит на расстоянии вытянутой руки, потому что близкие — это рычаг, которым можно сломать.

Павел рискует не просто здоровьем. Каждое внушение, каждый набранный отряд приближает момент, когда спецслужбы обратят внимание на подростка с невозможными способностями. Он уже видел, как гнилушки — люди без совести — умирают от его воздействия, и знает, что взрослые гнилушки не меняются, а мстят. Крюкова в роддоме жива, но недолго: он помнит, что она умрёт, но не может найти убийцу. Чечня горела, теракты случились, а он помнит даты, но не имена заказчиков. Остановиться — значит признать, что вся кровь из носа, все бессонные ночи, все отвергнутые объятия матери и молчание перед отцом были напрасны. Продолжать — значит превратиться в то, против чего борется: в человека, который ломает судьбы ради собственного видения справедливости.