Миша потерял дом за один вечер. Отчим вытолкал её на крыльцо вместе с мокрыми сумками, и теперь она стоит под дождём посреди ночи, не зная, куда идти. Мама умерла полгода назад, оставив дочь наедине с мужчиной, который превратился в пьяного тирана. Заначка осталась в комнате, телефон разбит, а единственный вариант — сесть в машину к двум незнакомцам, один из которых только что купил вафли чужим детям, а другой называет это пустой тратой денег.

Миша привык считать каждую копейку и не верить в подарки судьбы. Она готовится к экзаменам, мечтает об удалённой работе и путешествиях, но пока торгует вафлями в прибрежном ларьке и прячется от отчима в чужих квартирах. Её сила — в выживании, в умении делать вид, что всё под контроль. Но рядом с Демьяном этот контроль тает: она ловит себя на том, что вдыхает запах его одеколона, забывает про страх, позволяет пристегнуть себя ремнём его руками. Она ненавидит эту слабость и в то же время жаждет её — как первого глотка воздуха после долгого заплыва подо льдом.

Миша рискует последним, что у неё есть — иллюзией самодостаточности. Если она примет помощь Демьяна, приедет к его бабушке, попытается уговорить старушку переехать в Москву, то окажется в долгу перед мужчиной, который слишком легко входит в её жизнь. А если откажется — вернётся к отчиму, к его дружкам-собутыльникам, к ночам, когда любой стук в дверь оборачивается леденящим ужасом. Между этими полюсами нет третьего пути, только выбор — чья это будет жизнь: её собственная или та, которую ей навязывают.