Толик проспал начало ивента и заплатил за трансляцию буквально в последнюю секунду, а увиденное заставило его выматериться от зависти. В то же время в Янзере обычный игровой день превратился в кошмар: после колокольного звона мирные неписи сошли с ума. Цветочница превратила розы в шипастые дубинки, парикмахерша перерезала горло клиенту ножницами, а стражники раскрутились смертоносными торнадо. Город, который казался безопасной точкой отдыха, внезапно стал ловушкой, где за каждым углом поджидает знакомое лицо с пустым взглядом и оружием в руках.

Главный герой — бард Зика, чьё преимущество в поддержке союзников оборачивается бедой, когда он остаётся один посреди хаоса. Его стихия — бафы, дебафы и звуковые заклинания — но в этой бойне никто не ждёт подкрепления. Он привык усиливать других, выступать фоном для чужих подвигов, а теперь вынужден сам прокладывать путь через мутировавших горожан, мародёров-игроков и собственную неготовность убивать даже безобидных на вид старушек. Каждый его навык приходится адаптировать на ходу: иллюзии спасают от засад, музыкальные атаки ломают психику врагов, а ловкость позволяет держать одновременно инструмент и клинки.

Круг возрождения перекрыт, ворота блокированы мутантами, а третий удар колокола заставляет игроков сходить с ума вместе с неписями. Герой рискует не просто уровнями и экипировкой — в этой ловушке теряется сам смысл привычной игры, где смерть временна и друзья рядом. Он бежит по канализации, договаривается с подземными чудовищами, прячется под ковром среди чучел медведей — и каждый раз, когда кажется, что выход найден, город преподносит новую подставу. Сокланы Зики ждут за стенами, но до них нужно добраться живым — через то, что уже не похоже ни на квест, ни на случайный баг, а на чей-то чёткий, безжалостный замысел.