Александр вышел из одностороннего портала и сразу столкнулся с мёртвым изгнанником, ожившим без его ведома. Скелет схватил его за горло, поднял в воздух и швырнул через весь зал. Так началось шестнадцатый день в Фанмире, где каждый подземельный сундук может оказаться хищником с зубами, а благодарность древнего духа оборачивается призраком жрицы, смеющейся с крыши храма. Он восстановил алтарь Зика, стал Первожрецом, получил умение обращать врагов в паству — и тут же обнаружил, что другой игрок застрял в переделке с глорками, а помочь ей можно, только пройдя через полосу препятствий с разбойничьими пандами-матрёшками и деревьями, выдающими случайные призы за дёргание верёвки.

Александр — не тот герой, что бросается на амбразуру с криком. Он бухгалтер по профессии, привык считать риски и откладывать срочные дела на потом, даже когда девушка пишет, что её пытают и сливают уровни. Его сила в том, что он умеет ждать, выбирать момент и превращать чужие слабости в свои преимущества. Он бросает взрывные ягоды в горящее древо, подставляет под его удары каменного элементаля, обманывает зубастый сундук иллюзией и прогоняет его через портал. Но эта же осторожность граничит с равнодушием: он отвечает на чужую беду шуткой, откладывает спасение, пока не закончит свои дела. В реальности у него сестра и племянник, которые уже тридцатый раз думают, что нашли его по видео в ВиртТоке. Он не знает, что его тело лежит в капсуле, а мир игры становится единственным, где он существует.

Айрат, дух-покровитель глорков, предложил ему отречься от Зика в обмен на армию и немедленную силу. Александр отказался. Теперь ему закрыты четыре региона, а Лея лишилась стартовой локации. Глорки уходят, но их враг помнит обиду. Александр стоит среди разбираемого лагеря, а девушка тащит его за рукав к клетке с Пирожком — тем, кого он ещё не видел, но уже обязан спасти. Он не может вернуться в Мироторию, не может войти в земли Айрата, не может бросить тех, кто на него рассчитывает. Игра перестала быть игрой, но выхода из неё всё ещё нет.