Диана купила квартиру в новостройке, где из окон видны гаражи и обещанный парк, который появится не раньше следующего века. Она выбрала эту «двушку» с ипотекой на пять лет вместо мечты об элитном районе, потому что не хотела всю жизнь работать на банк. Из мебели у неё пока только надувная кровать и кухня, купленная в кредит. Вечером первого дня она надела белую шубку из искусственного меха, алые сапоги на каблуках и пошла в магазин за рыбой и вином — отметить новоселье. На скользком крыльце её подхватил незнакомый мужчина, отогнал троих бывших учеников, которые за ней пристроились, и проводил до подъезда. Она пригласила его на чай. Он отказался.

Диана работает в отделе рекламы маркетплейса, но до этого годами трудилась в эскорте — сначала в Англии, потом в России. Она бросила ту жизнь, вернула доверие сестры Алисы, откладывала каждую копейку для первого взноса и теперь старается быть другим человеком. Но прошлое не стирается: оно мешает ей дышать рядом с Тимуром, школьным учителем физики и химии, который живёт в старой девятиэтажке, воспитывает двенадцатилетнюю дочь и носит куртку, купленную покойной женой. Диана раньше не обращала внимания на мужчин без определённого уровня достатка, а Тимур с его зарплатой учителя не то чтобы ниже этого уровня — он с такими доходами даже в поле зрения не попадал. Однако она готова идти за ним хоть на край света, и с каждой минутой это ощущение становится лишь сильнее.

Тимур поклялся дочери, что в их доме не будет новых женщин. Мирослава ревнует отца до истерик, прогулок и голодовок, и он проиграл эту войну — добровольно, считая спокойствие ребёнка важнее собственных желаний. Диана не знает, как устроена нормальная семья изнутри: она видела контракты и холодный расчёт, но не видела, как выглядит любовь, которую не нужно заслуживать. Теперь она пытается приблизиться к человеку, который сам себя оградил от близости, и чем сильнее тянется, тем отчётливее чувствует, что её прошлое рано или поздно всплывёт — и тогда откажется тот, кто боится мачехи для дочери, а не тот, кого она ещё не успела обмануть.